Изыльметьев Иван Николаевич

Изыльметьев Иван Николаевич
Иван Николаевич Изыльметьев — контр-адмирал, командир 44 пушечного фрегата “Аврора”, содействовавший в 1854 году отражению от Петропавловска англо-французской эскадры. Родился 5 января 1813 года, умер 4 января 1870 года.

Окончив курс в Морском кадетском корпусе, 31 декабря 1831 года произведен в мичманы. С 1830 по 1848 год плавал на судах Балтийского флота, преимущественно в Финском заливе. В 1849 году, командуя транспортом “Або”, обратил на себя внимание князя Меншикова превосходным видом транспорта и получил сперва корвет, а затем был представлен обеими дивизиями флота к заграничному плаванию и назначен в 1853 году командиром фрегата “Аврора”. На этом фрегате Иван Николаевич перешел, обогнув мыс Горн, в Тихий океан. Зайдя в Каллао, фрегат нашел в нем; англо-французскую эскадру, с которой впоследствии ему пришлось встретиться в Петропавловске.
Хотя война с Россией еще не была объявлена, союзники имели намерение задержать “Аврору” впредь до выяснения политической обстановки; но благодаря предусмотрительности Изыльметьева им это не удалось: став на рейд мористее других судов, Изыльметьев принял все меры для предотвращения каких-либо неожиданностей. Получив однажды ночью от симпатизировавшего России американского банкира сообщение (подтвердившееся впоследствии), что на английском флагманском фрегате происходит совещание по вопросу об аресте “Авроры”, Изыльметьев тотчас ушел в море, буксируя фрегат гребными судами таким образом, чтобы он оставался к неприятелю носом, то есть в том же положении, в котором находился на якоре.
Изыльметьев отступил от рекомендованных лоцией путей и вследствие этого имел Тихим океаном долгий и чрезвычайно тяжелый переход, с постоянно чередующимися штормами и штилями. Фрегат потек палубами, а от постоянного черпания бортами в жилых помещениях развилась сильнейшая духота и мокрота. Несмотря на взятых в Каллао для команды быков и тысячи лимонов, на варку горячего пунша с ароматическими травами, на постоянную заботу командиpa и офицеров о команде, люди, утомленные долгими переходами с 2 только кратковременными стоянками за 6,5 месяца (в Рио-де-Жанейро и Каллао), стали болеть скорбутом, и из 142 больных умерли 32 человека. Через 3 недели после ухода из Каллао “Аврора” встретила небольшой английский фрегат. Гордый британец знал, как потом выяснилось, что война уже объявлена и, хотя сам не решился атаковать сильнейшего противника, не уклонился от встречи с ним. “Аврора” не имела известия о войне, и фрегаты разошлись без выстрела.
По приходе в Петропавловск Изыльметьев принял деятельное участие в организации обороны. Во время нападения англо-французской эскадры на Петропавловск Изыльметьев хладнокровно распорядительностью и мужеством вдохнул во всех защитников Петропавловска веру в свои силы. Несмотря на всегдашнюю скромность, он в критические минуты прямо говорил военному губернатору, что полагал бы необходимым делать и что он находил сделанным неправильно. Ему Петропавловск обязан и тем, что едва неприятель сбивал батарею, как она уже вновь готова была к действию. За Петропавловский бой Изыльметьев был произведен из капитан-лейтенанты в следующий чин и награжден орденом Святого Георгия 3 степени.
Весной 1855 года Изыльметьев в составе отряда контр-адмирала Завойко, пропилившись через лед, вышел на фрегате “Аврора” в устье реки Амура. В заливе Де-Кастри он принял участие в перестрелке с английскими судами отряда адмирала Эллиота, а по разоружении фрегата в устьях Амура был вызван в Санкт-Петербург. С 1856 по 1864 год он командовал кораблями Балтийского флота, в 1864 году произведен в контр-адмиралы, назначен начальником штаба Кронштадского порта и младшим флагманом.
Иван Николаевич Изыльметьев  оставил по себе память как о «в высшей степени скромном человеке, тихом и молчаливом в обыкновенных условиях жизни, но выраставшем головой выше окружающих при обстоятельствах чрезвычайных». Его характеризует следующий рассказываемый его сослуживцами случай: фрегат “Аврора”, штормуя у Ютландского берега, оказался в таком опасном положении, что командир фрегата Изыльметьев счел нужным вызвать всех офицеров к шпилю, у которого, по обычаю, происходили в то время военные советы. Спокойным голосом, с улыбкой на лице, Изыльметьев изложил им критические обстоятельства, указав на карте место, на котором через час им предстояло разбиться. “Но, — продолжал Изыльметьев, — если мы сейчас повернем, то мы разобьемся не через час, а через два. Отчего же нам не прожить лишний час? Только для этого надо, чтобы поворот удался”. Воодушевленные хладнокровием Изыльметьев, офицеры разошлись по местам, и поворот, конечно, удался. А затем ветер неожиданно отошел, и осужденный уже на гибель фрегат “Аврора”, форсируя парусами, вышел на чистое место.
Все известное об Изыльметьеве, и, особенно, важная роль, сыгранная им при отражении неприятеля от Петропавловска, характеризует этого, почти забытого впоследствии, морского офицера как незаурядного военного человека и настоящего капитана, память о котором должна быть сохранена в русском флоте. Иван Николаевич Изыльметьев умер в 1870 году.